Пропуск на рынок

Пропуск на рынок

0 36

Высокая ключевая ставка, которую Банк России установил для борьбы с инфляцией, вынуждает многие компании откладывать инвестиционные проекты, не связанные с быстрой отдачей или перестройкой бизнеса под изменившуюся экономическую ситуацию.

 Пропуск на рынок

Замена дизельных автобусов электробусами — самый известный «зеленый» проект столицы. Фото: РИА Новости

Под сокращения попадают и проекты, относящиеся к ESG (environmental, social and governance, что в переводе означает "окружающая среда, социальное развитие и корпоративное управление").

Тем не менее компании, которые реализуют проекты, улучшающие экологическую ситуацию, уже смогли привлечь около 150 миллиардов рублей льготного финансирования, рассказал "РГ" глава департамента финансово-банковской деятельности и инвестиционного развития Минэкономразвития России Александр Киревнин. По его оценке, к 2030 году "зеленые" и социальные проекты смогут собрать до 3,5 триллиона рублей с помощью инструментов ESG-финансирования.

ESG — это прежде всего финансовый инструмент, который позволяет бизнесу привлечь деньги на реализацию экологических и социальных проектов, а также на повышение прозрачности работы компании для акционеров, в том числе миноритариев, отметил Александр Киревнин. Забота об окружающей среде, развитие общества и совершенствование корпоративного управления — это важные для общества цели, поэтому займы под них можно получить на более выгодных условиях, чем в среднем на рынке. Обычно компании выпускают ESG облигации, по которым доходность ниже обычной ставки примерно на 0,2-0,3 процента. Но чтобы их выпустить, проекты должны соответствовать определенным параметрам. Их свод называется таксономией — это международный термин, который пока еще не стал для нас привычным.

Параметры таксономии в области экологии (Е) определяет государство. В нашей стране в 2021 году принята так называемая зеленая таксономия. В нее вошли как собственно "зеленые" — то есть соответствующие международным стандартам проекты, так и "адаптационные", для которых установлены немного другие критерии, но по результату они ничем не уступают "зеленым". Среди них, например, четко определено, сколько парниковых газов можно выбросить при производстве одного кВт энергии. Часть этих правил приняты на перспективу, поскольку пока еще нет технологий, способных их обеспечить, но есть уверенность, что вскоре их разработают. Реализации экологических проектов, как правило, есть "незеленая" альтернатива. Но компания получает льготное финансирование именно тогда, когда выбирает более экологичный вариант. Самый известный в России подобный проект — облигации Москвы под замену автобусов электробусами. Такие ценные бумаги могут выпускать наравне с компаниями регионы и муниципалитеты.

Займы под экологичные проекты можно получить в банках на более выгодных условиях

Подобный свод правил разработан и для социальных проектов (S), и сейчас проходит его согласование в правительстве.

— По нашим планам до конца года он будет принят, — говорит Александр Киревнин. — Кстати, нигде в мире такого документа еще нет. После этого можно будет выпускать облигации под социальные проекты. Там будет с десяток основных направлений: спорт, здравоохранение, инфраструктура, привлечение к работе малого и среднего бизнеса и так далее. Таксономию под стандарты корпоративного управления (G) государство разрабатывать не будет. Здесь бизнес сам в состоянии определить рамки и правила.

 Пропуск на рынок

Александр Киревнин: К 2030 году финансирование ESG-проектов составит 3,5 триллиона рублей. Фото: Олеся Курпяева

Чтобы считать проект относящимся к ESG и воспользоваться более дешевым финансированием, его соответствие таксономии должны подтвердить специальные компании — верификаторы и валидаторы. Такой статус в РФ имеют всего восемь организаций: пять получили его в прошлом году, три добавились в последнее время.

За прошлый год, по данным Минэкономразвития России, было выдано 11 заключений о том, что проект отвечает всем требованиям. Но проведенное недавно исследование показало, что лишь треть компаний, имеющих ESG-цели, точно понимают, как их достичь, а остальные разбираются по ходу дела. Но это нормально, полагает Александр Киревнин, поскольку компании сами заинтересованы в том, чтобы их отчетность была достоверной. Тогда она станет их пропуском на рынки сбыта, причем вне зависимости от того, как будет складываться ситуация в мире: при поставках хоть на Запад, хоть на Восток соответствие ESG-стандартам будет необходимым условием. В противном случае возможно дополнительное налогообложение.

При теперешней высокой ключевой ставке дисконт в десятые доли процента вряд ли способен сделать ESG-вложения более привлекательными. Но как только ставка будет снижена, компании вновь смогут привлекать деньги для инвестиций, в том числе и для ESG-проектов. При том условии, что инвестиции планируют в перспективе 5-7 лет, многие компании меняли свои программы модернизации, заменяя традиционные проекты "зелеными" ради доступа к более дешевому финансированию.

Лишь треть наших компаний, имеющих ESG-цели, точно понимают, как их достичь

А у государства в этом есть свой интерес: соответствие ESG-стандартам позволит компаниям в будущем получать больше прибыли, значит, в бюджет будет поступать больше налогов. При реализации любых экологических проектов возникает дополнительное имущество у налогоплательщиков, а при запуске социальных — новые рабочие места. Лучше становятся и условия жизни граждан.

— Структура покупателей примерно такая же, как и у всех корпоративных бумаг: крупный бизнес, крупные финансовые организации, брокерские компании, — перечисляет Александр Киревнин. — Но примерно 15 процентов таких облигаций покупают и физические лица, а это на 5-7 процентов больше доли частных инвесторов в обычных облигациях. Причем иностранные инвесторы особой роли на этом рынке не играют — у них всего 3-4 процента бумаг. Такая ситуация сложилась еще в начале февраля, когда из-за инфляционных ожиданий они выводили капиталы из активов.

Какое будущее ждет ESG-проекты?

— Пока они еще не успели сыграть значительной роли в экологическом благополучии, — считает председатель Российского экологического общества (РЭО) Рашид Исмаилов. — Основной эффект от ESG — запуск трансформации мышления акционеров и менеджмента в части ценностей устойчивого развития.

 Пропуск на рынок

С каждым годом в нашей стране реализуется все больше проектов, связанных с возобновляемой энергетикой. Фото: Дмитрий Рогулин / ТАСС

По мнению Исмаилова, в нынешней ситуации таким ценностям отведена второстепенная роль. Намного важнее сохранить темпы экологических реформ, отбросив все лишние или необязательные элементы.

Для многих ESG стало синонимом лишь сокращения выбросов углерода, отмечает исполнительный директор Национальной газомоторной ассоциации Василий Зинин. При этом социальная и корпоративная части — предусматривающие прямую заботу о работниках, акционерах и жителях населенных пунктов, где расположены производства, казались не столь важными. Но в сегодняшней ситуации внимание будет привлечено к этим вопросам, из-за чего содержание ESG-программ будет трансформировано.

Не столь оптимистично оценивает будущее ESG-проектов директор Института экологии НИУ "Высшая школа экономики" Борис Моргунов.

— Ушедшее зарубежное финансирование будет возвращаться медленно и в значительно меньших объемах, — говорит Моргунов. — "Санкционные оговорки" подразумевают, что определенные правительством сведения будут исключаться из отчетности об устойчивом развитии, и ряд компаний смогут отказаться от таких отчетов вовсе.

В результате сфера ESG будет развиваться медленно, считает он, и ее задачей станет решение конкретных возникающих проблем.

Тем не менее эксперты признают, что инструменты ESG-финансирования уже позволили реализовать немало серьезных проектов, экологический эффект которых уже заметен. Среди них — замена московских автобусов электробусами, инициативы по закачке попутного нефтяного газа в порожние пласты вместо его сжигания. Поэтому, считают они, очень важно сохранить такой способ привлечения льготного финансирования на важные для всей страны проекты даже в нынешний период.

В Минэкономразвития России сейчас завершается разработка социальной таксономии, при благоприятном стечении обстоятельств она будет принята до конца года. После этого компании смогут на льготных условиях привлекать деньги на строительство, например школ и больниц в отдаленных поселках, и другие проекты, улучшающие условия жизни людей.

— По нашем планам к 2030 году каждая десятая облигация на рынке будет отвечать параметрам ESG, — говорит Александр Киревнин. — Мы не отказываемся от этого плана. Новая экология с каждым годом будет все более актуальна. За прошлый год объем рынка таких облигаций вырос в 5-6 раз: к 24 миллиардам рублей размещений 2020 года прибавились облигации еще на 110 миллиардов рублей. Сейчас, возможно, по понятным причинам, возникает некоторое затишье, но уже в 2023 году мы наверстаем упущенное.

Источник

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Оставить комментарий

семнадцать − одиннадцать =